Меню Рубрики

На костях пролетариата социализм не построишь

Справка об обнаружении и раскрытии авторов к-р листовок антистахановского характера в Рубежанском районе

29 ноября сего года в здании Рубежанского Химико-технологического института и общежитии студентов данного института были обнаружены контрреволюционные листовки антистахановского характера, причем одна из них была вывешена на стен.газете в институте и вторая на дверях умывальной комнаты в общежитии. (Контрреволюционные листовки при этом препровождаем.)
Произведенным расследованием по выявлению авто¬ров к-р листовки было установлено, что автором к-р листовки является студент первого курса данного института — Будов Анатолий Михайлович.
Одновременно установлено, что Будов, будучи к-р настроенным, организовал вокруг себя группу студен¬тов, которые, собираясь вместе, на сборищах осуждали политику партии и Советской власти, говоря, что партия ведет страну к гибели, не по ленинскому пути, что в СССР социализм строится на лишениях рабочих, что стахановское движение есть форма эксплуатации рабочего класса и т. д. На основании вышеизложенного нами были арестованы:
1) Будов Анатолий Михайлович, сын инженера, до поступления в институт работал на шахтах Горловского и Енакиевского районов, бывший комсомолец.
2) Юркин Дмитрий Семенович, сын рабочего, студент 1-го курса, раньше работал на заводе в Енакиево.
3) Ковшов Леонид Никитович, сын инженера шахты 5—6 Рыковка Сталинского района, там же и работал до поступления в институт.
4) Филатов Иван, студент 1-го курса, бывший член партии, раньше работал на шахте Щербиновка Горловского района.
5) Аляблев Аркадий Матвеевич, 1914 года рождения, работал ранее в Тамбове на заводе «Красный боевик», ранее исключался из Саратовского института за антисоветскую деятельность и попытку отравить секретаря парт.организации.
6) Кикалов Петр Тимофеевич, сын рабочего-грузчика станции Нежено, на производстве не работал.
7) Шумаков Василий, сын колхозника, бывший комсомолец, до института работал в колхозе.
8) Плешаков Василий, социальное положение не установлено, бывший комсомолец, студент 1-го курса, до этого нигде не работал.
Будучи допрошенным, обвиняемый Будов сознался в том, что является автором к-р листовок, что черновики данных к-р листовок зачитывал обвиняемым Юркину и Ковшову, причем последний был с ним, когда он их начинал писать.
Обвиняемый Ковшов на допросе также признался в соучастии в составлении к-р листовок. Кроме того, обвиняемый Будов подтвердил, что. вместе с другими обвиняемыми, систематически собираясь вместе, вели к-р разговоры, осуждали политику партии и Советской власти, приходя к выводу, что рабочий класс вследствие неправильности политики партии переживает тяжелые лишения, подвергается жесточайшей эксплуатации и т. д. — приходя тут же к выводу о необходимости борьбы с Советской властью. Остальные обвиняемые Юркий, Филатов, Шумаков. Плешаков, Кикалов и Аля-блев в свою очередь сознались, что действительно они собирались вместе с Будовым, вели к-р разговоры, осуждали стахановское движение и т. д., но отрицают соучастие в выпуске к-р листовок.
Следствие по делу продолжаем в направлении выявления организованной к-р деятельности со стороны обвиняемых.

Стахановское движение

Что значит взять рекорд? Это значит напрячь до максимума свое физическое состояние. Это характерно в стахановском движении. Ведь зачем спорить, зачем это отвергать. Вы, студенты, сами недавние производственники, вам знаком этот «производственный энтузиазму. Пролетариат, желая обеспечить материально себя, старается не отставать в повышении своего заработка от бешено повышающихся цен на товары, он перекрывает рекорды? не щадя своих сил, лишь бы получить больше денег. И, представьте, умно придумано. За каждую лишнюю вырубанную тонну угля прогрессивка насчитывается вдвойне, втройне. Выдуманы всякие премии. Штрафов, правда, нет, но прогрессивка работает отлично и на плюс, и на минус. Если не выполнишь программы, не вложишься в лимиты — с тебя вычитают.
Глупо думать, что стахановский, метод повысит зарплату. В основной массе нет, подавляющее большинство инженерно-технического персонала угольного Донбасса получает ниже средней ставки. В газетах вы обманываетесь, ведь те заработки — стахановские — заработки отдельных индивидуумов.
Ничего, работайте. Пусть вам плохо живется. Пусть ваши внуки будут жить плохо, зато правнукам достанется некоторое облегчение. За счет лишений сейчас ЦК и Сталин стараются построить социализм для будущего поколения.
Несчастные те, кто строит на своем горбу социализм, и счастливы лишь те, кто будет жить в социалистическом обществе.

Боритесь за повышение стипендий!

Стипендии мы получаем 93 рубля. Спрашивается, можно ли на них прожить? Нет. Столовая обходится значительно дороже. Первое блюдо — 25 коп., второе — 95 коп., хлеб — 30 коп., итого 1 руб. 50 коп. В месяц 4 руб. 50 коп. умножить на 30 равно 135 рублей. Так жить нельзя. Когда наши «мудрейшие», «гениальнейшие», «родимые» вожди поймут эту аксиому!?
Студенчество, боритесь за действительное улучшение жизни!
Используйте все средства, чтобы политика изменилась на путь действительного улучшения трудящихся.
Не допускайте, чтобы на костях пролетариата строили социализм! (. )

Материальное благосостояние рабочего класса

В советской прессе мы часто можем прочесть, что за последние 5—6 лет значительно улучшилось материальное благосостояние рабочей массы. Расписывают с пафосом, дают Сталину имена: «мудрейший», «любимейший», «гениальнейший», «родимый» и т. д. и т. п.
А верно ли, улучшилось ли материальное состояние рабочего класса? Так ли это? Представляю вам судить из написанного.
Я напомню вам рост цен на товары, производимые в Советском Союзе, приведу также рост зарплаты за последний год:

Студенчество, вы — культурная прослойка общества. Вы — передовая, политически разбирающаяся масса. Вы подойдете к этим статьям критически, впитая, взвесьте их правоту и откликнитесь, соответственно анализируя окружающую вас обстановку, вы должны синтезировать свой анализ, и синтез должен выразиться в созданной вами печати. Примечайте все отрицательное и пишите; только таким путем наши «головки» из ЦК и Сталин обратят внимание на пролетариат.
18 лет лишений должны вознаградиться новой политикой, направленной на действительное улучшение материального благосостояния трудящихся. Откликайтесь на мою газету. Настало время, когда студенчество должно индивидуальным и коллективными путями бороться за лучшую жизнь.

Российский Центр хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ), ф. 17, оп. 120, д. 272, л. 9-11, 12-13.

Публикацию подготовил С. КУДРЯШОВ

источник

До 1917 года, социализм был. О нем писали и говорили веками. Писал я об этом. Писал, что понятие тогдашнего социализма предполагало обобществление средств производства и системы распределения. Это обобществление государством, мы сегодня называем самоуправлением, в России в 1917 г. это называли «рабочим контролем». Но, на мировом уровне или, во всяком случае, европейском, это обобществление не было вполне ясным понятием (socialisation). Предполагало ли оно уничтожение рыночной экономики и введение плановой системы? До 1917 г. о плане не было речи. В сочинениях Маркса не упоминается это понятие. Короче говоря, до 1917 г. не так уж ясно понимали, что означает «социализм». СОЦИАЛИЗМ, КАК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ, строился в СССР сразу, с ходу, без теоретической базы, учась на ходу, и ясно отдавая отчет в том, что этот самый социализм просто необходим как ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД. Да, можно из этого социализма, вычленить два элемента: 1) Обобществление. Средства производства и система распределения должны быть обобществлены. На каком уровне? На этот вопрос никогда не было ясного ответа: имеется несколько возможных уровней — от совершенно статического социализма до социализма анархическо-профсоюзного типа. Вот такими в сознании различных социалистических групп, которые существовали в Европе около 1914 г., должны быть институциональные проявления социализма. О плане в то время не было и речи, он отнюдь не являлся составной частью социалистической идеологии. 2) Мораль и нравственность. Социализм построит общество более справедливое, братское и т.д. Социализм позволит осуществить полное развитие человеческой личности. В то, далекое время, с понятием «социализм» неизбежно сочетался этот второй аспект, который даже превышал институциональный, — полное развитие человеческой личности, общество более справедливое и братское и т.д. Социалисты полагали-хотя никогда достаточно ясно не объяснили причины-что моральный облик социализма явится следствием социальных перемен.

Вы думаете его не было в древности? Я уже кратко писал о тех мыслителях, которые были социалистами и разрабатывали социалистические доктрины. Но.. разрабатывать то разрабатывали, а жили по иным законам, далеким от социалистической морали. Нам это ли не понимать? В Древних Греции и Риме, к примеру, зачатки идей утопического социализма проявились в идущем ещё от Гесиода мечтании о возвращении минувшего «золотого века», когда счастливые люди не знали неравенства, собственности и эксплуатации. Там, в Греции, тема справедливого политического устройства была одной из наиболее обсуждаемых греческими философами, искавшими решение проблемы имущественного неравенства и «естественного состояния» общества, в котором оно пребывало в доклассовые времена. А Спарта? А Платон со своим «Государством»? Тут и есть так называемая «платоновская модель рабовладельческого «коммунизма», осуждавшую частную собственность. Именно тогда, Сократ взял и первым в мире открыл добро. До него такого понятия вообще не существовало. Он первым доказывал что добро действенно в чистом виде, и отвечать на зло нельзя. Так и умер доказывая сие. Умер а религией не стал-почему? Я уже пытался ответить на этот вопрос.
Что еще? Вспомним об «утопическом социализме», исходящем из уравнительной социальной идеологии раннего христианства, несущая в общество проповедь братства, всеобщего равенства и потребительского коммунизма. Воздействие этих идей сохранило свою силу вплоть до ХIX века, когда легло в основу теории христианского социализма. Ереси? Вальденсов, бегардов, таборитов, катаров, лоллардов, апостольских братьев, анабаптистов-все они объясняли возникновение социального и имущественного неравенства в первую очередь отступничеством церкви и правящих классов от истинных идеалов раннего христианства. А в Новое время идеи идей, Морелли и Г. Мабли , которые обосновали коммунизм с точки зрения теории естественного права. Снова вдаваться в о все красоты теорий не буду-ВСЕ ОНИ ПИСАЛИ ИМЕННО О СОЦИАЛИЗМЕ, потому что социализм как формация не есть социальное государство, а есть некое общество, имеющая фундамент жизни и быта. В нем именно и есть те основные черты, которые резко отличают его от капитализма. Ясно же? Так нет-в комментариях пишут о социализме СССР, как будто в иных странах был иной социализм, и тем не менее, капитализм как общество рассматривается СОВЕРШЕННО ОДИНАКОВО ПО ОТНОШЕНИЮ КО ВСЕМ. Что происходит? Отучились думать? Дошло до того ныне, что уже национал-социализм Германии приравняли к социализму в СССР. Говорят «умнейшие аналитики» допущенные или опущенные в СМИ. Врагами немецкого народа были объявлены другие народы, не причисленные к «высшей расе». Возведенная в ранг официальной идеологии национал-социализма псевдонаучная расовая теория утверждала уникальную одаренность лишь германской (нордической, арийской) расы и врожденную дефективность, прежде всего евреев, но также, в разной степени — французов (негроиды), славян (пассивная, не способная к самостоятельному творчеству раса). Национал-социализм декларировал открытый отказ от общечеловеческой нравственности, идеалы которой были объявлены коварным изобретением евреев. Беда не в этом-нацизм снова «на коне». В Советском Союзе были отдельные антисемитские выступления нацистского характера (использование свастики, сетования на неполный успех гитлеровского «окончательного решения» еврейского вопроса и т. д.) отмечались еще в конце 1950-х – начале 1960-х гг., (Ленинград). В 1970–80-х гг. такие настроения и взгляды едва ли не сознательно провоцировались многочисленными и якобы направленными лишь против сионизма публикациями (авторы В. Бегун, Л. Корнеев, Е. Евсеев ), в которых обильно и дословно цитировались (без упоминания источников) расово-антисемитские пассажи из «Майн кампф» Гитлера, газеты «Штюрмер» и других нацистских изданий. В условиях проводимой советским руководством со второй половины 1980-х гг. политики гласности и демократизации открыто и почти беспрепятственно афишируют вдохновляемую традиционным русским черносотенным антисемитизмом приверженность к идеологии и практике национал-социализма (символика, демонстрации и манифестации в день рождения Гитлера, ряд антиеврейских акций погромного характера) группы молодежи в Москве, Ленинграде и других городах; общество «Память» и аналогичные ему объединения (например, «Отечество» в Свердловске) на массовых митингах, охраняемых милицией, и в публикациях настойчиво внушают многочисленным слушателям и читателям откровенно нацистский тезис о еврейско-масонском заговоре как главной причине экономических, социальных, экологических кризисов в стране, уничтожения памятников русской национальной истории и культуры. Немногим отличались от этого по идейной направленности ряд публикаций в журналах «Наш современник», «Молодая гвардия», «Москва». Мы что это не читали и не читаем? И тем не менее, социализм в нас вызывает изжогу а вот размышления подлецов и негодяев с нацистским подтекстом нет.
Я опять же «сто раз» писал, доказывая что для победы социализма нужна идеология. Не злость и не ненависть, которую гасят повышением заработной платы, а убежденность и если хотите понимание (Постоянное повышение уровня своей культуры). Писал, что только с появлением Марксизма трудящийся получи в руки эффективное оружие против кучки дельцов. Вы не поверите, но мне один написал целую статью, где доказывал что факт того что «быдло» не могло скинуть капиталиста и хозяина веками, есть доказательства ущербности быдла. Мол так ему и надо! А Вы говорите нацизм-сегодня рождается идеология круче нацизма, где жертвами будут миллиарды, ибо война будет идти между «высшими расами». Сегодня в кого не ткни пальцем-представитель высшей расы.

В кого не ткни-хамство на хамстве-так и пишут мол идиот даже бесит или что еще хуже, называют «совком». Откуда в нас родился нацизм? Кто и как его поселили в наших головах?
Откроем снова “Манифест коммунистической партии”. Мы тут находим несколько различных социализмов. Феодальный социализм, мелкобуржуазный, немецкий или “истинный” – все это, по мнению авторов “Манифеста”, разновидности “реакционного социализма”. А ещё есть “консервативный или буржуазный” и “критически-утопический” социализмы. Сегодня всё это не просто абстрактная теория. Практически каждая из указанных концепций, так или иначе, представлена в России. Самый распространённый случай — реакционный социализм, со всеми его разновидностями вплоть до “феодального”. Вот что пишут о нем классики: “Аристократия размахивала нищенской сумой пролетариата как знаменем, чтобы повести за собой народ. Но всякий раз, когда он следовал за нею, он замечал на её заду старые феодальные гербы и разбегался с громким и непочтительным хохотом”. Читаем «Манифест»“В ледяной воде эгоистического расчета потопила она священный трепет религиозного экстаза, рыцарского энтузиазма, мещанской сентиментальности… Словом эксплуатацию, прикрытую религиозными и политическими иллюзиями, она заменила эксплуатацией открытой, бесстыдной прямой, чёрствой” Не про наших буржуев ли написано? Не их ли лицо описали более ста лет назад? “Буржуазия путём эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим. К великому огорчению реакционеров она вырвала из-под ног промышленности национальную почву. Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены и продолжают уничтожаться с каждым днём”. Опа! И это про нас.
Помните я писал о теории социализма основанного на синдикатах ? Это Испания 30-х годов и послевоенная Югославия между прочим. В Испании периода гражданской войны синдикалистские структуры охватывали целые области: Арагон, Кастилию, Каталонию. Количество кооперативных предприятий исчислялось сотнями. Синдикаты контролировали целые отрасли промышленности. А главный рабочий синдикат Независимая конфедерация труда объединял 2 миллиона человек и имел свои вооруженные силы. Но длилось это лишь, до победы генерала Франко в 1939 году. Эксперимент был прерван насильственно, да и продолжался он недолго. “Коллективизм” в Югославии, где кооперативная собственность дополнялась мощным госвлиянием на экономику. (Всё как у Луи Блана), рухнула под напором развившихся в обществе товарно-денежных отношений. А как быть с понятием «гильдейский социализм» ? Англия, канун первой мировой войны. Основная идея-сочетать хозяйственную автономию рабочих коллективов (гильдий) с государственной собственностью на заводы и фабрики+ экономическая и политическая демократия. Кстати говоря, таким путем «гильдейцы» хотели уйти как от пороков рыночной стихии, так и от господства государственной бюрократии. Базой гильдейского социализма считались традиционно сильные в Англии тред-юнионы. Демократический социализм? Не спешите смеяться над термином-концепция, появившаяся в конце 80х годов 19-го века и есть нные официальное знамя социал-демократии-постепенное реформирование буржуазного общества. Когда Горбачев в свое врем объявил себя именно социал-демократом,я долго не мог понять почему? А потом понял-нет у Горбачева знаний и всё. Иначе глупость не объяснить, и в эту глупость поверили, и озвучили публично профессора и демократы всех мастей. Правда интересно? В СССР уже был социализм а Горбачев хочет достигнуть социализма постепенно реформируя буржуазное общество. Не понятно? Социал-демократия ЕСТЬ ЭВОЛЮЦИОННЫЙ ПУТЬ К СОЦИАЛИЗМУ И К КОММУНИЗМУ, где объектом борьбы для него служит капитализм как общество отжившее и как общество не нужное.
Ну а про экологический социализм «зеленых» и писать не следует. Мафия еще та. Написать еще что ли про самоуправленческий социализм, результатом деятельности должно стать развитие местного самоуправления, демократическое планирование и даже рабочий контроль? Тоже враг для него капитализм. Функциональный социализм? Тут еще интереснее-не меняя форм собственности, изменить её функции. Т. е., завод остается у капиталиста, но работает предприятие, якобы, уже в интересах общества. Каковы эти интересы — будет решать государство. Оно же и проконтролирует капиталиста через законы, налоги и систему социального партнерства. Что бы совсем запудрить мозги- этический социализм, где двигатель реформ — не голый классовый эгоизм, а христианские нравственность и гуманизм. А есть еще муниципальный, рыночный, военный социализмы, национал-социализм. Это Вам не капитализм рассматривать, тут один африканский социализм что стоит. Да,с есть и такой,с. тут вообще сам черт ногу сломал давно уже-«третий путь” для народов Африки-во как (Как будто есть второй и первый). Этот континент, по мнению новых мыслителей, с его пережитками первобытной общины объявляется исконно социалистическим, а все негры кем? Разумеется братьями. Горожане поголовно признаются буржуазией, а селяне пролетариями. Село и считается главной базой нового строя. Африканские социалисты конечно же за сотрудничество классов, за демократию. Правда, если демократия мешает, можно и без неё.

А вот государственный социализм — концепция, о которой нужно говорить всерьёз. (французский дворянин Анри Сен-Симон , немецкий помещик Карл Родбертус ) Теория государственного социализма оставила след и в марксизме. В одной из своих известнейших работ “Развитие социализма от утопии к науке” Фридрих Энгельс пишет: “Пролетариат берёт государственную власть и превращает средства производства, прежде всего в государственную собственность”. Правда Энгельс тут же поясняет: “Но тем самым он уничтожает самого себя как пролетариат, тем самым он уничтожает все классовые различия и классовые противоположности, а вместе с тем и государство как государство”. Причем, классики марксизма не уставали объяснять, какая пропасть лежит между огосударствлением и обобществлением. В первом случае все достается профессиональным управленцам — бюрократам. Они господствуют над производством и обществом. И чем выше степень огосударствления, тем жестче это господство. Во втором — функции управления переходят “ассоциированному пролетариату”. Если в этом случае и можно говорить о государстве, то это — государственность диктатуры пролетариата. То есть уже вовсе не государство в привычном, буржуазном понимании слова. На концепцию же государственного социализма классики обрушили шквал критики. В уже знакомой нам работе Энгельса говорится: “Но в последнее время, с тех пор как Бисмарк бросился на путь огосударствления, появился особого рода фальшивый социализм, выродившийся местами в своеобразный вид добровольного лакейства, объявляющий без околичностей социалистическим всякое огосударствление, даже бисмарковское”. Когда работа Ленина “Государство и революция”, осенью 1917-го появилась на свет, на автора посыпались упреки в анархизме. Эта работа была принята, мягко говоря, критически. Параллельно с “Государством и революцией” Ленин пишет брошюру “Грозящая катастрофа и как с ней бороться”. Здесь лидер большевиков доказывает, что для построения нового общества достаточно водрузить над государственно-капиталистической системой революционно-демократическое государство и дело сделано. Но все оказалось гораздо сложнее…

Итак, коммунистический социализм — марксистская концепция социализма. Она подразумевает коренное изменение всех общественных отношений: от производственных, до семейных. Такой социализм не будет знать частной собственности, товарного производства, наемного труда, классов и государства. Их место займут общественная собственность и самоуправление. А предметы потребления работник будет получать с общественных складов по квитанции, фиксирующей отработанное им время. Ни “ленинского” продуктообмена, ни “сталинского” товарообмена тут быть не должно. Фактически всем, кто, объявляя себя последователями Маркса, приходил в 20 веке к власти, не удалось пойти дальше огосударствления: ни немецким социал-демократам в годы Веймарской республики, ни большевикам, ни китайским коммунистам. Обобществления средств производства не было нигде. И тут есть любопытная закономерность: чем менее развита страна, чем больше перед ней работы по капиталистической модернизации экономики, тем прочнее и дольше держатся в ней государственно-социалистические порядки, тем они радикальнее. Однако, как показал опыт, эти порядки не ведут в коммунизм. Правда и “коммунизмы” бывают разные.

Нам сегодня, что только про социализм не рассказывают, каких только собак на него не вешают, и выискивая шавок на улицах СМИ, продолжают развешивать их вместе с лаем вдоль нашего сознания. И всюду: СССР=социализм. СССР есть зло! Только вот для начала напомню всем мыслителям- в мире существует множество сценариев развития человеческого общества, но нет общепризнанного критерия их истинности. Для оценки сценариев на правдоподобность необходим определённый уровень подготовки специалистов. Необходимы энциклопедические знания, плюс холистическое и системное мировоззрение. Так? А у критиков социализма это всё есть? Допустим Вы лично создадите (Есть у Вас такие способности) из эклектики стройную систему знаний-дальше? То, что понятно специалистам, «массами» может быть не принято. Действия масс чаще основываются на вере (не только религиозной), чем на знаниях. Поэтому харизматический лидер способен «водить народ по пустыне хоть 40 лет», если народ желает попасть в «страну обетованную». Попадет? Разговор особый. Напомнить что ли, что механизмы социального управления известны давно ( религия, идеология, войны, харизма, гипноз, зомбирование и. демократия), для этого нужны привлекательные цели. Людей легко увлечь «пряником» сладкой жизни и трудно напугать грядущими последствиями. Самой привлекательной целью является «светлое будущее» (рай) в любых интерпретациях (где всё есть, а работать не надо). Представление о том, что человек рождён для счастья, а целью человечества является максимальное удовлетворение «неограниченных, постоянно растущих потребностей», мягко выражаясь, не корректно. Это бессмысленная деятельность по наполнению бездонной бочки-так? Однако названный критерий обычно используют для оценки уровня «развитости» государства. Об этом же я писал не о чем иначе. Считается, что высокому уровню развития соответствует изобильный ВНП. Если по этому критерию оценивать достижения людей, то чем больше человек съел, потребил или просто надкусил, тем выше его достижения, и он лучше других реализует смысл существования человечества-разве не это ныне во всех шоу?
Растёт уровень образования, науки и техники (неравномерно по странам)? Кроме знания цели, нужны критерии оценки «правильности» выбранного пути? До нашей эры были созданы практически все необходимые для выживания людей приспособления, а позже они только совершенствовались и это очевидно и ныне основой созидательного процесса эволюции является интеграция. Всё новое есть результат объединения в систему уже существующих организованностей. В обществе этот процесс проявляется как возникновение империй, интеграция культур, возникновение современных коалиций (СССР, ЕЭС, США, азиатские союзы). В ХХ веке войны проходили между блоками союзных государств. Этот процесс должен завершиться интеграцией в единое общество? Культуры разных цивилизаций содержат схожие элементы? Что сегодня молодежная культура? Пишу без кавычек сознательно. Это одинаковы жесты в разных континентах-разве этого нет? Почему я должен писать элементарные понятия и знания? Разве не ясно, что навязывание всем одной господствующей культуры (мондализм) всегда будет вызывать отторжение, что мы видим в движении антиглобалистов, где главную скрипку играет Троцкизм. К счастью, люди неосознанно следуют закону интеграции культур. Некоторые элементы культуры легко ассимилируются (например, наука и техника, искусство). Например, американские индейцы воевали европейским оружием. Другие элементы более консервативны (религия, обычаи, традиции). С прогрессирующим ростом убойной силы оружия и концентрацией населения процент военных жертв на протяжении тысячелетий не возрастал. Интеграция мира в многополярные блоки сдерживает войны. Очевидно, при полной интеграции общества мировые войны станут невозможны (война с собой абсурдна).

Читайте также:  Заболевания костей и суставов симптомы и лечение

Капитализм существует около 300 лет и его черты сформировались. Его родил протестантизм и воспитал Запад. Социализм ещё не приобрёл окончательных очертаний. После развала СССР мир осознал, что социализм скорее цель, чем реальность. Появилось много разновидностей социализма (Советский, Китайский, Японский. Шведский, исламский, буддистский, национал-социализм и др.). Однако вряд ли возможно называть социализмом строй, где всем обеспечено только сытое существование. Если социализм должен стать формацией отрицающей капитализм, то он должен обеспечить надёжное существование, развитие разума. Я даже не побоюсь, и выделю схожие признаки капитализма и социализма. (СССР-США) Рабочие не являются собственниками предприятий. Частная собственность на средства производства замещается коллективной собственностью. Демократия никак не похожа на «власть народа». Сформировалось развитое бюрократическое государство, взимающее налоги, содержащее армию, репрессивные органы, устанавливающее соответствующие законы. Возникли управляющей надстройки над государством (КПСС и финансовая олигархия на Западе). Административный аппарат управляет производством, фирмой, компанией. Осуществляется планирование бизнеса и государственных проектов. Преобладает коллективный труд. Рабочие могут свободно наниматься на работу и увольняться. Характерна узкая профессиональная специализация, сильная дифференциация по уровню знаний. Хорошо организовано профсоюзное движение. Большой процент граждан занят в государственном секторе. Ведётся идеологическая обработка населения, утверждающая ценности государства, нации, права. Провозглашается задача повышать ВНП и уровень жизни граждан, чтобы избежать социального взрыва (на Западе высокими заработными платами, а в СССР низкими ценами). Осуществляется экспансия, стремление к мировому господству, включая войны. Поддерживаются явные и потенциальные союзники. Развивается культура, наука, техника и образование. Сохраняется эго культурность. Обе системы способны осуществлять технический прогресс. Отставание в темпах промышленного развития СССР от Запада определялось не особенностью коллективного ведения хозяйства, а плохой системой управления. (Плановое хозяйство Китая сегодня обгоняет США)

Отличительные признаки капитализма от социализма-частная собственность на средства производства находится в руках финансовой элиты и государства. Власть, как правило, доступна богатым людям, защищающих интересы капиталистов. На Западе высшая надстройка («денежные мешки», и их ставленники) обладает не меньшей властью, чем КПСС, но действует неявно, как серый кардинал. Капиталистами отчуждается львиная доля прибыли, часть которой поступает государству в виде налогов. Сильное неравенство в доходах и потреблении. Уровень жизни среднего класса достаточно высокий и не создаёт революционных настроений. Высокие темпы развития производства и торговли осуществляются благодаря инициативной конкуренции, однако развитие периодически прерывается кризисами. Узаконен механизм безработицы. Идеологическая обработка ненавязчиво пропагандирует ценности либерализма, индивидуализм, превосходство американской демократии, элитаризм, избранность (эгоизм). Отличительные признаки советского социализма-отсутствие частной собственности на средства производства. Капитал концентрируется в бюджете государства, но при этом расходуется на социальные нужды, бесплатную медицину, бесплатное образование всех слоёв населения, на армию, национальные проекты и пр. Осуществляется централизованное и плановое управление страной и экономикой. В СССР решения принимались группами небогатых (из народа) чиновников и партийным аппаратом. Над государством существовала надстройка из небогатых людей (КПСС), которая исполняла роль кормчего. Отсутствует внутренний рынок, но осуществляются рыночные отношения с мировой экономикой. Заработная плата разных слоёв населения отличалась незначительно. Государство удерживало низкий уровень цен, доступный всем слоям населения, что снимало социальную напряжённость. Конкуренция заменялась социалистическим, не антагонистическим соревнованием. Безработицы не было. Уровень потребления на душу населения был ниже, чем на Западе. (Он во все времена,был в России ниже) Имел место дефицит некоторых продуктов. Проявлялась нетерпимость к альтернативным идеологиям, осуществлялось сильное идеологическое давление, цензура, репрессии. Пропагандировался альтруизм, коллективизм, интернационализм, уверенность в светлом будущем.

Сегодня, в результате глобализации и экспансии на планете увеличивается количество крупных экономических субъектов (ТНК), возрастает длина горизонтальных и вертикальных связей, усиливается интеграция мировой экономической системы. Происходит движение к управляемому обществу, к ноосфере. Мозг творит по законам природы потому, что сам был сотворён по тем же законам. Тысячи лет до 19 века люди создавали орудия, усиливающие функции тела (руки, ноги, двигатели). И только недавно человек стал создавать приспособления, усиливающие интеллектуальную деятельность. В биогеосфере развивается рукотворная подсистема, способная конкурировать с любым интеллектом. Вся история человечества, в том числе, может рассматриваться как борьба за власть, за влияние, за возможность управлять. Войны всегда усиливали концентрацию власти. Попытки выступления против власти жестоко подавлялись. Вечное стремление к экспансии и империализму есть следствие закона возрастания интеграции. Бунтующий народ также хотел власти, чтобы управлять распределением ресурсов. Но поскольку обеспечить высокий уровень жизни всем было невозможно, то результаты «революций» доставались вождям и их свитам. Многие вожди создавали империи и не ведали, что их творение неизбежно будет разрушено. Процесс интеграции и дезинтеграции повторялся с поразительной устойчивостью. В обществе этот процесс проявляется как возникновение империй, интеграция культур, возникновение современных коалиций (СССР, ЕЭС, США, НАТО, ООН, азиатские союзы). Современные ТНК существуют на пространствах, не уступающих Римской империи, благодаря созданным коммуникациям.

Так что тогда социализм и надо ли к нему стремиться? Бизнес создаст общую и новую культуру-создаст свою элиту с общим языком. Нити финансов пронзают пространство, воздух наполнится камерами слежения и деньги как бумага сгинут, родив чип под кожей. Исчезнет война, перестанут рождаться больные дети, и по улицам пойдет новая раса, где от человека не будет ничего. Рынок создаст услугу переделывания человека под запрос того, кому это нужно. Рогатые, разного цвета кожи, механизмы вшитые в тело, доступ в виртуальную жизнь, регулируемая смерть тех, кто даже о смерти знать не будет. «Общество» не заметит «потери бойца». Рай? Только почему человек так не хочет этот рай? А ведь его предлагает именно капитализм именно там возможна античеловеческая доктрина ради человека. Продолжу скоро, а то зайду щас далеко.

источник

Антисоветские листовки существовали далеко не только во время войны, а выпускали их совсем не всегда страны-противники. Уже к 1935 году среди несогласных с идеями Иосифа Сталина распространялись воззвания к изменению политического курса. Источник фото: livejournal.com

Кто сказал, что в литературе Советского Союза только отражены реальные образы, тот глубоко ошибается. Тематику диктует ЦК партии во главе со Сталиным. ЦК партии жестоко расправляется с теми, кто старается отобразить в литературе действительное положение вещей.

Разве не факт, что в 1932 г. каждый из вас, читающих эти строки, видел на улицах умирающих людей. Люди, распухшие от голода, с пеною у рта, валялись в предсмертных судорогах по улицам.

Разве не факт, что в 1932 г. вымирал целыми селами народ. Изображены ли в литературе эти ужасы, от которых волосы становятся дыбом. Нет. На подобную тематику ЦК партии вешает замок.

Вспомним, как проходила на первых порах коллективизация. Помните статью о «головокружении от успехов». Это приблизительно было в 1930 г., когда произошла «ошибка» в проведении коллективизации. Переусердствовали, так сказать. Под графу кулаков попадали и крестьяне ниже средних слоев. Многих невинно ссылали или просто расстреливали. Отбирали у крестьян хлеб, заставляя их тем есть жмых или хлеб с устюками.

А где же вы найдете в советской литературе отображение этих вопиющих фактов? И это реализм?

Сейчас мы все страдаем от недоедания: желудочные заболевания, поголовное малокровие, нервное расстройство.

Остается задать вопрос: литераторы, почему вы подделываетесь под «большевистский реализм»? Ведь вы — люди искусства, зачем продаваться? Отображайте образы строго реалистически!

МАТЕРИАЛЬНОЕ БЛАГОСОСТОЯНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА

В советской прессе мы часто можем прочесть, что за последние 5−6 лет значительно улучшилось материальное благосостояние рабочей массы. Расписывают с пафосом, дают Сталину имена: «мудрейший», «любимейший», «гениальнейший», «родимый» ,

А верно ли улучшилось ли материальное состояние рабочего класса? Так ли это?

Вы — культурная прослойка общества. Вы — передовая политически разбирающаяся масса. Вы подойдете к этим статьям критически. Взвесите их правоту и откликнитесь, соответственно анализируя окружающую вас обстановку. Вы должны синтезировать, свой анализ и синтез должен выразиться в созданной Вами печати.

Подмечайте все отрицательное и пишите; только таким путем наши «головки» из ЦК и Сталин обратят внимание на пролетариат.

18 лет лишений должны вознаградиться новой политикой, направленной к действительному улучшению материального благосостояния трудящихся.

Что значит взять рекорд? Это значит напрячь до максимума свое физическое состояние. Это характерное в Стахановском движении. Ведь зачем спорить, зачем это отвергать Вы, студенты, — сами недавние производственники. Вам знаком этот «производственный энтузиазм». Пролетариат, желая обеспечить материально себя, старается не отстать в повышении своего заработка от бешено повышающихся цен на товары. Он перекрывает рекорды, не щадя своих сил, лишь бы получить больше денег. И, представьте, умно придумано: за каждую лишнюю вырубанную тонну угля прогрессивка насчитывается вдвойне, втройне. Выдуманы всякие премии. Штрафов, правда, нет, но прогрессивка работает отлично и на плюс и на минус. Если не выполняешь программы, не вложишься в лимиты, с тебя высчитают.

Глупо думать, что стахановский метод повысит зарплату. В основной массе нет. Подавляющее большинство инженерно-технического персонала угольного Донбасса получает ниже средней ставки. В газетах вы обманываетесь, те заработки — стахановские — заработки отдельных индивидуумов.

Ничего, работайте. Пусть вам плохо живется. Пусть Ваши внуки будут жить плохо, зато правнукам достанется некоторое облегчение.

За счет лишений сейчас ЦК и Сталин стараются построить социализм для будущих поколений.

Несчастные те, кто строит на своем горбу социализм и счастливы лишь те, кто будет жить в социалистическом обществе.

БОРИТЕСЬ ЗА ПОВЫШЕНИЕ СТИПЕНДИИ

Стипендии мы получаем 93 рубля. Спрашивается, можно ли на них прожить? Нет. Столовая обходится значительно дороже. Первое блюдо — 25 коп., 2-е — 95 коп., хлеб — 30 коп., итого — 1 руб. 50 коп., в месяц- 4 руб. 50 коп. х ЗО — 135 руб. Так жить нельзя. Когда наши «мудрейшие», «гениальнейшие», «родимые» вожди поймут эту аксиому!

источник

Мы теперь знакомы с теоретическим учением Маркса: знакомы с его методом, знакомы также и с его теорией.

Какие практические выводы мы должны сделать из этого учения?

Какова связь между диалектическим материализмом и пролетарским социализмом?

Диалектический метод говорит, что только тот класс может быть до конца прогрессивным, только тот класс может разбить ярмо рабства, который растет изо дня в день, всегда идет вперед и неустанно борется за лучшее будущее. Мы видим, что единственный класс, который неуклонно растет, всегда идет вперед и борется за будущее, — это городской и сельский пролетариат. Следовательно, мы должны служить пролетариату и на него возлагать свои надежды.

Таков первый практический вывод из теоретического учения Маркса.

Но служение служению рознь. Пролетариату «служит» и Бернштейн, когда он проповедует ему забыть о социализме. Пролетариату «служит» и Кропоткин, когда он предлагает ему распыленный, лишенный широкой промышленной базы, общинный «социализм». Пролетариату служит и Карл Маркс, когда он зовет его к пролетарскому социализму, опирающемуся на широкую базу современной крупной промышленности.

Как мы должны поступать, чтобы наша работа шла на пользу пролетариату? Каким образом мы должны служить пролетариату?

Материалистическая теория говорит, что тот или иной идеал может оказать пролетариату прямую услугу только в том случае, если этот идеал не противоречит экономическому развитию страны, если он полностью соответствует требованиям этого развития. Экономическое развитие капиталистического строя показывает, что современное производство принимает общественный характер, что общественный характер производства в корне отрицает существующую капиталистическую собственность, следовательно, наша главная задача — содействовать свержению капиталистической собственности и установлению социалистической собственности. А это означает, что учение Бернштейна, который проповедует забыть о социализме, в корне противоречит требованиям экономического развития, — оно принесет пролетариату вред.

Экономическое развитие капиталистического строя показывает далее, что современное производство с каждым днем расширяется, оно не укладывается в пределах отдельных городов и губерний, непрестанно ломает эти пределы и охватывает территорию всего государства, — следовательно, мы должны приветствовать расширение производства и признать основой будущего социализма не отдельные города и общины, а целую я неделимую территорию всего государства, которая в будущем, конечно, будет все более и более расширяться, А это означает, что учение Кропоткина замыкающее будущий социализм в рамки отдельных городов и общин, противоречит интересам мощного расширения производства- оно принесет пролетариату вред.

Бороться за широкую социалистическую жизнь, как за главную цель, — вот как мы должны служить пролетариату.

Таков второй практический вывод из теоретического учения Маркса.

Ясно, что пролетарский социализм является прямым выводом из диалектического материализма.

Что такое пролетарский социализм?

Современный строй является капиталистическим. Это значит, что мир разделен на два противоположных лагеря на лагерь небольшой горстки капиталистов и лагерь большинства, — пролетариев. Пролетарии работают день и ночь, но тем не менее они остаются по-прежнему бедными. Капиталисты не работают, но тем не менее они богаты. И это происходит не потому, что пролетариям, будто бы, не хватает ума, а капиталисты гениальны — а потому что капиталисты забирают плоды труда пролетариев, потому что капиталисты эксплуатируют пролетариев.

Почему плоды труда пролетариев забирают именно капиталисты, а не сами пролетарии? Почему капиталисты эксплуатируют пролетариев, а не пролетарии — капиталистов?

Потому, что капиталистический строй зиждется на товарном производстве: здесь все принимает вид товара, везде господствует принцип купли-продажи. Здесь вы можете купить не только предметы потребления, не только продукты питания, но также и рабочую силу людей, их кровь, их совесть. Капиталисты знают все это и покупают рабочую силу пролетариев, нанимают их. А это означает, что капиталисты становятся хозяевами купленной ими рабочей силы. Пролетарии же теряют право на эту проданную рабочую силу. То есть то, что вырабатывается этой рабочей силой, не принадлежит уже пролетариям, а принадлежит только капиталистам и идет в их карман. Возможно, что проданная вами рабочая сила производит за день товаров на 100 рублей, но это вас не касается и не принадлежит вам, это касается только капиталистов и принадлежит им, — вы должны получить только свою дневную заработную плату, которая, может быть, будет достаточной для удовлетворения ваших необходимых потребностей, — если вы, конечно, будете жить экономно. Короче: капиталисты покупают рабочую силу пролетариев, они нанимают пролетариев, и именно поэтому капиталисты забирают плоды труда пролетариев, именно поэтому капиталисты эксплуатируют пролетариев, а не пролетарии капиталистов.

Но почему именно капиталисты покупают рабочую силу пролетариев? Почему пролетарии нанимаются капиталистами, а не капиталисты — пролетариями?

Потому, что главной основой капиталистического строя является частная собственность на орудия и средства производства. Потому, что фабрики, заводы, земля и ее недра, леса, железные дороги, машины и другие средства производства превращены в частную собственность небольшой горстки капиталистов. Потому, что пролетарии лишены всего этого. Вот почему капиталисты нанимают пролетариев, чтобы пустить в ход фабрики и заводы, — в противном случае их орудия и средства производства не приносили бы никакой прибыли. Вот почему пролетарии продают свою рабочую силу капиталистам, — в противном случае они умерли бы с голоду.

Все это проливает свет на общий характер капиталистического производства. Во-первых, само собой понятно, что капиталистическое производство не может быть чем-то единым и организованным: оно сплошь раздроблено на частные предприятия отдельных капиталистов. Во-вторых, ясно также и то, что прямой целью этого раздробленного производства является не удовлетворение потребностей населения, а производство товаров для продажи с целью увеличения прибыли капиталистов. Но так как всякий капиталист стремится к увеличению своей прибыли, то каждый из них старается производить как можно больше товаров, вследствие чего рынок быстро переполняется, цены на товары падают — и наступает общий кризис.

Таким образом, кризисы, безработица, перерывы в производстве, анархия производства и тому подобное являются прямым результатом неорганизованности современного капиталистического производства.

И если этот неорганизованный общественный строй пока еще не разрушен, если он пока еще крепко противостоит атакам пролетариата, то это прежде всего объясняется тем, что его защищает капиталистическое государство, капиталистическое правительство.

Такова основа современного капиталистического общества.

Нет сомнения в том, что будущее общество будет построено на совершенно иной основе.

Будущее общество — общество социалистическое. Это означает прежде всего то, что там не будет никаких классов: не будет ни капиталистов, ни пролетариев, — не будет, стало быть, и эксплуатации. Там будут только коллективно работающие труженики.

Будущее общество — общество социалистическое. Это означает также и то, что там вместе с эксплуатацией будут уничтожены товарное производство и купля-продажа, поэтому там не будет места покупателям и продавцам рабочей силы, нанимателям и нанимающимся, — там будут только свободные труженики.

Будущее общество — общество социалистическое. Это означает, наконец, то, что там вместе с наемным трудом будет уничтожена всякая частная собственность на орудия и средства производства, там не будет ни бедняков-пролетариев, ни богачей-капиталистов, — там будут только труженики, коллективно владеющие всей землей и ее недрами, всеми лесами, всеми фабриками и заводами, всеми железными дорогами и т.д.

Как видите, главная цель будущего производства — непосредственное удовлетворение потребностей общества, а не производство товаров для продажи ради увеличения прибыли капиталистов. Здесь не будет места для товарного производства, борьбы за прибыли и т. д.

Ясно также и то, что будущее производство будет социалистически организованным, высокоразвитым производством, которое будет учитывать потребности общества и будет производить ровно столько, сколько нужно обществу. Здесь не будет места ни распыленности производства, ни конкуренции, ни кризисам, ни безработице.

Там, где нет классов, там, где нет богатых и бедных, — там нет надобности и в государстве, там нет надобности и в политической власти, которая притесняет бедных и защищает богатых. Стало быть, в социалистическом обществе не будет надобности в существовании политической власти.

Поэтому Карл Маркс говорил еще в 1846 году:

«Рабочий класс поставит, в ходе развития, на место старого буржуазного общества такую ассоциацию, которая исключает классы и их противоположность; не будет уже никакой собственно политической власти. » (см. «Нищета философии»).

Поэтому Энгельс говорил в 1884 году:

«Итак, государство существует не извечно. Были общества, которые обходились без него, которые понятия не имели о государстве и государственной власти. На определенной ступени экономического развития, которая необходимо связана была с расколом общества на классы, государство стало. необходимостью. Мы приближаемся теперь быстрыми шагами к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов не только перестало быть необходимостью, но становится прямой помехой производству. Классы исчезнут так же неизбежно, как неизбежно они в прошлом возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно и государство. Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором» (см. «Происхождение семьи, частной собственности и государства»).

В то же время, само собой понятно, что для ведения общих дел, наряду с местными бюро, в которых будут сосредоточиваться различные сведения, социалистическому обществу необходимо будет центральное статистическое бюро, которое должно собирать сведения о потребностях всего общества и затем соответственно распределять различную работу между трудящимися. Необходимы будут также конференции и, в особенности, съезды, решения которых будут безусловно обязательными до следующего съезда для оставшихся в меньшинстве товарищей.

Наконец, очевидно, что свободный и товарищеский труд должен повлечь за собой такое же товарищеское и полное удовлетворение всех потребностей в будущем социалистическом обществе. А это означает, что если будущее общество потребует от каждого своего члена ровно столько труда, сколько он может дать, то оно, в свою очередь, должно будет каждому предоставить столько продуктов, сколько ему нужно. От каждого по его способностям, каждому по его потребностям! — вот на какой основе должен быть создан будущий коллективистический строй. Разумеется, на первой ступени социализма, когда к новой жизни приобщатся еще не привыкшие к труду элементы, производительные силы также не будут достаточно развиты и будет еще существовать «черная» и «белая» работа, — осуществление принципа — «каждому по его потребностям», — несомненно, будет сильно затруднено, ввиду чего общество вынуждено будет временностать на какой-то другой, средний путь. Но ясно также и то, что когда будущее общество войдет в свое русло, когда пережитки капитализма будут уничтожены с корнем, — единственным принципом, соответствующим социалистическому обществу, будет вышеуказанный принцип.

Читайте также:  За сколько лет разлагается человек до костей

Поэтому Маркс говорил в 1875 году:

«На высшей фазе коммунистического (т. е. социалистического) общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первойпотребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы. лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: «Каждый по способностям, каждому по потребностям»» (см. «Критика Готской программы»).

Такова в общем картина будущего социалистического общества по теории Маркса.

Все это хорошо. Но мыслимо ли осуществление социализма? Можно ли предположить, что человек сумеет вытравить в себе свои «дикие привычки»?

Или еще: если каждый будет получать по потребностям, то можно ли предположить, что уровень производительных сил социалистического общества будет для этого достаточным?

Социалистическое общество предполагает достаточно развитые производительные силы и социалистическое сознание людей, их социалистическое просвещение. Развитию современных производительных сил препятствует существующая капиталистическая собственность, но, если иметь в виду, что в будущем обществе не будет этой собственности, — то само собой ясно, что производительные силы вдесятеро возрастут. Не следует также забывать того обстоятельства, что в будущем обществе сотни тысяч нынешних дармоедов, а также безработные возьмутся за дело и пополнят ряды трудящихся, что сильно продвинет развитие производительных сил. Что касается «диких» чувств и взглядов людей, то они не так уж вечны, как это некоторые предполагают: было время, время первобытного коммунизма, когда человек не признавал частной собственности; наступило время, время индивидуалистического производства, когда частная собственность овладела чувствами и разумом людей; наступает новое время, время социалистического производства, — и что же удивительного, если чувства и разум людей проникнутся социалистическими стремлениями. Разве бытие не определяет собой «чувства» и взгляды людей?

Но где доказательства неизбежности установления социалистического строя? Неизбежно ли за развитием современного капитализма последует социализм? Или, говоря иначе: откуда мы знаем, что пролетарский социализм Маркса не является лишь сладкой мечтой, фантазией? Где научные доказательства этого?

История показывает, что форма собственности находится в прямой зависимости от формы производства, вследствие чего с изменением формы производства рано или поздно неизбежно меняется и форма собственности. Было время, когда собственность имела коммунистический характер, когда леса и поля, в которых бродили первобытные люди, принадлежали всем, а не отдельным лицам. Почему тогда существовала коммунистическая собственность? Потому, что производство было коммунистическим, труд был общий, коллективный, — все трудились сообща и не могли обойтись друг без друга. Наступило другое время, время мелкобуржуазного производства, когда собственность приняла индивидуалистический (частный) характер, когда все то, что необходимо человеку (за исключением, конечно, воздуха, солнечного света и т. п.), было признано частной собственностью. Почему произошло такое изменение? Потому, что производство стало индивидуалистическим, каждый стал трудиться сам на себя, забившись в свой угол. Наконец, наступает время, время крупного капиталистического производства, когда сотни и тысячи рабочих собираются под одной кровлей, на одной фабрике и заняты общим трудом. Здесь вы не увидите старой работы в одиночку, когда каждый тянул в свою сторону, — здесь каждый рабочий и все рабочие каждого цеха тесно связаны по работе как с товарищами из своего цеха, так и с другими цехами. Достаточно остановиться какому-нибудь цеху, чтобы рабочие всей фабрики остались без дела. Как видите, процесс производства, труд, уже принял общественный характер, приобрел социалистический оттенок. И так происходит не только на отдельных фабриках, но и в целых отраслях и между отраслями производства: достаточно забастовать рабочим железной дороги, чтобы производство очутилось в тяжелом положении, достаточно остановиться производству нефти и каменного угля, чтобы спустя некоторое время закрылись целые фабрики и заводы. Ясно, что здесь процесс производства принял общественный, коллективистический характер. И так как общественному характеру производства не соответствует частный характер присвоения, так как современный коллективистический труд неизбежно должен привести к коллективной собственности, то само собой ясно, что социалистический строй с такой же неизбежностью последует за капитализмом, как за ночью следует день.

Так обосновывает история неизбежность пролетарского социализма Маркса.

История говорит нам, что тот класс или та социальная группа, которая играет главную роль в общественном производстве и которая держит в своих руках главные функции производства, с течением времени неизбежно должна стать хозяином этого производства. Было время, время матриархата, когда женщины считались хозяевами производства. Чем объяснить это? Тем, что в тогдашнем производстве, в первобытном земледелии, женщины в производстве играли главную роль, они выполняли главные функции, тогда как мужчины бродили по лесам в поисках зверя. Наступило время, время патриархата, когда господствующее положение в производстве перешло в руки мужчин. Почему произошло такое изменение? Потому, что в тогдашнем производстве, скотоводческом хозяйстве, где главными орудиями производства были копье, аркан, пук и стрела, главную роль играли мужчины. Наступает время, время крупного капиталистического производства, когда пролетарии начинают играть главную роль в производстве, когда все главные производственные функции переходят в их руки, когда без них производство не может существовать ни одного дня (вспомним всеобщие стачки), когда капиталисты не только не нужны для производства, но даже мешают ему. А что это означает? Это означает, что либо совершенно должна разрушиться всякая общественная жизнь, либо пролетариат, рано или поздно, но неизбежно, должен стать хозяином современного производства, его единственным собственником, его социалистическим собственником.

Современные промышленные кризисы, которые поют отходную капиталистической собственности и решительно ставят вопрос: либо капитализм, либо социализм, — делают этот вывод совершенно очевидным, наглядно вскрывают паразитизм капиталистов и неизбежность победы социализма.

Вот как еще обосновывает история неизбежность пролетарского социализма Маркса.

Не на сентиментальных чувствах, не на отвлеченной «справедливости», не на любви к пролетариату, а на приведенных выше научных основаниях строится пролетарский социализм.

Вот почему пролетарский социализм называется также «научным социализмом».

Энгельс еще в 1877 году говорил:

«Если бы наша уверенность относительно надвигающегося переворота в современном способе распределения продуктов труда. опиралась только на сознание, что этот способ распределения несправедлив и что справедливость должна же когда-нибудь восторжествовать, то наше дело обстояло бы плохо и нам пришлось бы долго ждать. » Самое главное в этом деле заключается в том, что «порожденные современным капиталистическим способом производства производительные силы и созданная им система распределения хозяйственных благ пришли в вопиющее противоречие с этим самым способом производства, притом в такой степени, что необходим переворот в способе производства и распределения, который устранил бы все классовые различия, если хотят избежать гибели всего современного общества. На этом осязательном материальном факте. а не на представлениях того или другого кабинетного мыслителя о правом и неправом, основана уверенность в победе современного социализма» (см. «Анти-Дюринг»).

Это, конечно, не означает того, что раз капитализм разлагается, то социалистический строй можно установить в любое время, — когда только захотим. Так думают только анархисты и другие мелкобуржуазные идеологи. Социалистический идеал не является идеалом всех классов. Это идеал только пролетариата, и в осуществлении его непосредственно заинтересованы не все классы, а только пролетариат. А это значит, что пока пролетариат составляет небольшую часть общества, до тех пор установление социалистического строя невозможно. Гибель старой формы производства, дальнейшее укрупнение капиталистического производства и пролетаризация большинства общества — вот какие условия необходимы для осуществления социализма. Но этого еще не достаточно. Большинство общества может быть уже пролетаризировано, но социализм, тем не менее, может еще не осуществиться. И это потому, что для осуществления социализма, кроме всего этого, необходимо еще классовое сознание, сплочение пролетариата и умение руководить своим собственным делом. Для приобретения же всего этого, в свою очередь, необходима так называемая политическая свобода, т. е. свобода слова, печати, стачек и союзов, словом, свобода классовой борьбы. Политическая же свобода обеспечена не везде одинаково. Поэтому пролетариату не безразлично, в каких условиях ему придется вести борьбу: в самодержавно-крепостнических (Россия), монархически-конституционных (Германия), крупно буржуазно-республиканских (Франция) или в демократически-республиканских условиях (которых требует российская социал-демократия). Наилучшим образом и наиболее полно политическая свобода обеспечена в демократической республике, разумеется, поскольку она вообще может быть обеспечена при капитализме. Поэтому все сторонники пролетарского социализма обязательно добиваются введения демократической республики как наилучшего «моста» к социализму.

Вот почему марксистская программа в современных условиях делится на две части: программу-максимум, ставящую целью социализм, и программу-минимум, имеющую целью проложить путь к социализму через демократическую республику.

Как должен действовать пролетариат, на какой путь он должен стать для того, чтобы сознательно осуществить свою программу, свергнуть капитализм и построить социализм?

Ответ ясный: пролетариат не сможет достигнуть социализма примирением с буржуазией, — он обязательно должен стать на путь борьбы, и эта борьба должна быть классовой борьбой, борьбой всего пролетариата против всей буржуазии. Либо буржуазия с ее капитализмом, либо пролетариат с его социализмом! Вот на чем должны основываться действия пролетариата, его классовая борьба.

Но классовая борьба пролетариата имеет многообразные формы. Классовой борьбой является, например, стачка — все равно, будет она частичной или всеобщей. Классовой борьбой являются, несомненно, бойкот, саботаж. Классовой борьбой являются также манифестации, демонстрации, участие в представительных учреждениях и пр. — все равно, будут ли это общие парламенты или местные самоуправления. Все это различные формы одной и той же классовой борьбы. Мы не будем здесь выяснять, какая из форм борьбы имеет большее значение для пролетариата в его классовой борьбе, заметим только, что в свое время и на своем месте каждая из них безусловно нужна пролетариату, как необходимое средство для развития его самосознания и организованности. А самосознание и организованность необходимы пролетариату, как воздух. Но следует также заметить и то, что для пролетариата все эти формы борьбы являются только подготовительными средствами, что ни одна из этих форм, отдельно взятая, не представляет собой решающего средства, при помощи которого пролетариат сумеет разрушить капитализм. Нельзя разрушить капитализм только всеобщей стачкой: всеобщая стачка может подготовить только некоторые условия для разрушения капитализма. Немыслимо, чтобы пролетариат мог свергнуть капитализм только своим участием в парламенте: при помощи парламентаризма могут быть подготовлены только некоторые условия для свержения капитализма.

В чем же заключается то решающеесредство, при помощи которого пролетариат свергнет капиталистический строй?

Таким средством является социалистическая революция.

Забастовки, бойкот, парламентаризм, манифестация, демонстрация — все эти формы борьбы хороши, как средства, подготавливающие и организующие пролетариат. Но ни одно из этих средств не в состоянии уничтожить существующего неравенства. Необходимо, чтобы все эти средства сосредоточились в одном главном и решающем средстве, необходимо пролетариату подняться и повести решительную атаку на буржуазию, чтобы до основания разрушить капитализм. Именно таким главным и решающим средством является социалистическая революция.

Социалистическую революцию нельзя рассматривать, как неожиданный и кратковременный удар, это длительная борьба пролетарских масс, которые наносят буржуазии поражение и захватывают ее позиции. И так как победа пролетариата в то же время будет господством над побежденной буржуазией, так как во время столкновения классов поражение одного класса означает господство другого, — то первой ступенью социалистической революции будет политическое господство пролетариата над буржуазией.

Социалистическая диктатура пролетариата,захват власти пролетариатом — вот чем должна начаться социалистическая революция.

А это значит, что пока буржуазия полностью не побеждена, пока богатство у нее не будет конфисковано, пролетариат обязательно должен иметь в своем распоряжении военную силу, у него обязательно должна быть своя «пролетарская гвардия», с помощью которой он отразит контрреволюционные атаки умирающей буржуазии, точно так же, как это было у парижского пролетариата во время Коммуны.

Социалистическая же диктатура пролетариата необходима для того, чтобы при ее помощи пролетариат мог экспроприировать буржуазию, чтобы при ее помощи конфисковать у всей буржуазии землю, леса, фабрики и заводы, машины, железные дороги и т. д.

Экспроприация буржуазии — вот к чему должна привести социалистическая революция.

Таково то главное прощающее средство, при помощи которого пролетариат низвергнет современный капиталистический строй.

Поэтому Карл Маркс еще в 1847 году говорил:

«. Первым шагом в рабочей революции является превращение пролетариата в господствующий класс. Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках. пролетариата, организованного как господствующий класс. » (см. «Коммунистический манифест»).

Вот каким путем должен идти пролетариат, если он хочет осуществить социализм,

Из этого общего принципа вытекают и все остальные тактические взгляды. Забастовки, бойкот, демонстрации, парламентаризм только постольку имеют значение, поскольку они способствуют организация пролетариата, укреплению и расширению его организаций для совершения социалистической революции.

Итак, для осуществления социализма необходима социалистическая революция, а социалистическая революция должна начаться диктатурой пролетариата, т. е. пролетариат должен захватить в свои руки политическую власть, чтобы при ее помощи экспроприировать буржуазию.

Но для всего этого необходимы организованность пролетариата, сплочение пролетариата, его объединение, создание крепких пролетарских организаций и их непрерывный рост.

Какие формы должны принять организации пролетариата?

Самые распространенные и массовые организации — это профессиональные союзы и рабочие кооперативы (преимущественно производственно-потребительские кооперативы). Цель союзов — борьба (главным образом) против промышленного капитала за улучшение положения рабочих в рамках современного капитализма. Цель кооперативов — борьба (главным образом) против торгового капитала за расширение потребления рабочих путем снижения цен на предметы первой необходимости, разумеется, в рамках того же капитализма. Как профсоюзы, так и кооперативы безусловно необходимы пролетариату как средства, организующие пролетарскую массу. Поэтому, с точки зрения пролетарского социализма Маркса и Энгельса, пролетариат должен ухватиться за обе эти формы организации, укрепить и усилить их, — конечно, поскольку это позволяют существующие политические условия.

Но одни только профессиональные союзы и кооперативы не могут удовлетворить организационных нужд борющегося пролетариата. И это потому, что упомянутые организации не могут выйти за рамки капитализма, ибо целью их является улучшение положения рабочих в рамках капитализма. Но рабочие хотят полного освобождения от капиталистического рабства, они хотят разбить эти самые рамки, а не только вращаться в рамках капитализма. Следовательно, нужна еще такая организация, которая соберет вокруг себя сознательные элементы рабочих всех профессий, превратит пролетариат в сознательный класс и поставит своей главнейшей целью разгром капиталистических порядков, подготовку социалистической революции.

Такой организацией является социал-демократическая партия пролетариата.

Эта партия должна быть классовой партией, совершенно независимой от других партий, — и это потому, что она есть партия класса пролетариев, освобождение которых может совершиться только их же собственными руками.

Эта партия должна быть революционной партией, — и это потому, что освобождение рабочих возможно только революционным путем, при помощи социалистической революции.

Эта партия должна быть интернациональной партией, двери партии должны быть открыты для каждого сознательного пролетария, — и это потому, что освобождение рабочих — это не национальный, а социальный вопрос, имеющий одинаковое значение как для пролетария-грузина, так и для русского пролетария и для пролетариев других наций.

Отсюда ясно, что чем теснее сплотятся пролетарии различных наций, чем основательнее разрушатся воздвигнутые между ними национальные перегородки, тем сильнее будет партия пролетариата, тем больше будет облегчена организация пролетариата в один нераздельный класс.

Поэтому необходимо, насколько это возможно, провести в организациях пролетариата принцип централизма в противоположность федералистской раздробленности, — все равно, будут ли этими организациями партия, союзы или кооперативы.

Ясно также и то, что все эти организации должны строиться на демократической основе, разумеется, поскольку этому не помешают какие-либо политические и иные условия.

Каковы должны быть взаимоотношения между партией, с одной стороны, и кооперативами и союзами — с другой? Должны ли эти последние быть партийными или беспартийными? Решение этого вопроса зависит от того, где и в каких условиях приходится бороться пролетариату. Во всяком случае, несомненно, что и союзы и кооперативы развиваются тем полнее, чем в более дружественных отношениях они находятся с социалистической партией пролетариата. И это потому, что обе эти экономические организации, если они не стоят близко к крепкой социалистической партии, нередко мельчают, предают забвению общеклассовые интересы в пользу узко профессиональных интересов и тем приносят большой вред пролетариату. Поэтому необходимо при всех случаях обеспечить идейно-политическое влияние партии на союзы и кооперативы. Только при этом условии упомянутые организации превратятся в ту социалистическую школу, которая организует в сознательный класс распыленный на отдельные группы пролетариат.

Таковы в общем характерные черты пролетарского социализма Маркса и Энгельса.

Как смотрят на пролетарский социализм анархисты?

Прежде всего необходимо знать, что пролетарский социализм представляет не просто философское учение. Он является учением пролетарских масс, их знаменем, его почитают и перед ним «преклоняются» пролетарии мира. Следовательно, Маркс и Энгельс являются не просто родоначальниками какой-либо философской «школы» — они живые вожди живого пролетарского движения, которое растет и крепнет с каждым днем. Кто борется против этого учения, кто хочет его «ниспровергнуть», тот должен хорошо учесть все это, чтобы зря не расшибить себе лоб в неравной борьбе. Это хорошо известно гг. анархистам. Поэтому в борьбе с Марксом и Энгельсом они прибегают к совершенно необычному, своего рода новому оружию.

Что же это за новое оружие? Новое ли это исследование капиталистического производства? Опровержение ли это «Капитала» Маркса? Конечно, нет! Или, быть может, они, вооружившись «новыми фактами» и «индуктивным» методом, «научно» опровергают «евангелие» социал-демократии — «Коммунистический манифест» Маркса и Энгельса? Опять же нет! Так что же представляет собой это необыкновенное средство?

Это — обвинение Маркса и Энгельса в «литературном воровстве»! Что бы вы думали? Оказывается, у Маркса и Энгельса нет ничего своего, научный социализм есть выдумка, и это потому, что «Коммунистический манифест» Маркса — Энгельса от начала до конца «украден» из «Манифеста» Виктора Консидерана. Это, конечно, очень смешно, но «несравненный вождь» анархистов В. Черкезишвили с таким апломбом повествует нам эту забавную историю, а некий Пьер Рамус, этот легкомысленный «апостол»» Черкезишвили, и наши доморощенные анархисты с таким рвением повторяют это «открытие», что стоит хотя бы вкратце остановиться на этой «истории».

«Вся теоретическая часть «Коммунистического манифеста», а именно первая и вторая главы. взяты у В. Консидерана. Следовательно, «Манифест» Маркса и Энгельса — эта библия легальной революционной демократии — представляет собой лишь неуклюжую перефразировку «Манифеста» В. Консидерана. Маркс и Энгельс присвоили не только содержание «Манифеста» Консидерана, но. позаимствовали даже отдельные заголовки» (см. сборник статей Черкезишвили, Рамуса и Лабриолы, изданный на немецком языке под названием: «Происхождение «Коммунистического манифеста»», стр. 10).

То же самое повторяет другой анархист, П. Рамус: «Можно решительно утверждать, что главное их (Маркса — Энгельса) произведение («Коммунистический манифест») просто кража (плагиат), бессовестная кража, но они списали его не слово в слово, как поступают обыкновенные воры, а украли только мысли и теории. » (см. там же, стр. 4).

То же самое повторяют и наши анархисты в «Набата», «Муша», «Хма» и т. д.

Итак, оказывается, научный социализм с его теоретическими основами «украден» из «Манифеста» Консидерана.

Существуют ли какие-либо основания для подобного утверждения?

В. Консидеран, умерший в 1893 году, был учеником утописта Фурье и остался неисправимым утопистом, который видел «спасение Франции» в примиренииклассов.

Карл Маркс, умерший в 1883 году, был материалистом, врагом утопистов, онвидел залог освобождения человечества в развитии производительных сил и в борьбеклассов.

Теоретическойосновой научного социализма является материалистическая теория Маркса — Энгельса. С точки зрения этой теории, развитие общественной жизни полностью определяется развитием производительных сил. Если за помещичье-крепостническим строем последовал буржуазный строй, то «виной» этому было то, что развитие производительных сил сделало неизбежным возникновение буржуазного строя. Или еще: если за современным буржуазным строем неизбежно последует социалистический строимте это потому, что этого требует развитие современных производительных сил. Отсюда проистекает историческая необходимость разрушения капитализма и установления социализма. Отсюда же проистекает то марксистское положение, что свои идеалы мы должны искать в истории развития производительных сил, а не в головах людей.

Такова теоретическая основа «Коммунистического манифеста» Маркса — Энгельса (см. «Коммунистический манифест», главы 1, И).

Говорит ли что-либо подобное «Демократический манифест» В. Консидерана? Стоит ли Консидеран на материалистической точке зрения?

Мы утверждаем, что ни Черкезишвили, ни Рамус, ни наши «нобатисты» не приводят из «Демократического манифеста» Консидерана ни одного заявления, ни одного слова, которое бы подтверждало, что Консидеран был материалистом и эволюцию общественной жизни основывал на развитии производительных сил. Наоборот, мы очень хорошо знаем, что Консидеран известен в истории социализма как идеалист-утопист (см. Поль Луи, «История социализма во Франции»).

Так что же побуждает этих странных «критиков» к пустой болтовне, зачем берутся они за критику Маркса и Энгельса, если они неспособны даже отличить идеализм от материализма? Неужели для того, чтобы людей насмешить.

Тактическойосновой научного социализма является учение о непримиримой классовой борьбе, ибо это — лучшее оружие в руках пролетариата. Классовая борьба пролетариата — это то оружие, при помощи которого он завоюет политическую власть и затем экспроприирует буржуазию для установления социализма.

Такова тактическая основа научного социализма, изложенного в «Манифесте» Маркса — Энгельса.

Читайте также:  За что отвечает наши кости

Говорится ли что-либо подобное в «Демократическом манифесте» Консидерана? Признает ли Консидеран классовую борьбу лучшим оружием в руках пролетариата ?

Как видно из статей Черкезишвили и Рамуса (см. указанный выше сборник), в «Манифесте» Консидерана об этом нет ни слова, — в нем лишь отмечается борьба классов как печальный факт. Что же касается классовой борьбы, как средства разрушения капитализма, то вот что говорит об этом Консидеран в своем «Манифесте»:

«Капитал, труд и таланты — вот три основных элемента производства, три источника богатства, три колеса промышленного механизма. Три класса, которые представляют их, имеют «общие интересы»; их задача состоит в том, чтобы заставить машины работать на капиталистов и на народ. Перед ними. великая цель объединения всех классов единствомнации. » (см. брошюру К. Каутского «Коммунистический манифест — плагиат», стр. 14, где приводится это место из «Манифеста» Консидерана).

Все классы, соединяйтесь! — вот какой лозунг провозглашает В. Консидеран в своем «Демократическом манифесте».

Что общего между этой тактикой примирения классов и тактикой непримиримой классовой борьбы Маркса — Энгельса, которые решительно призывают: пролетарии всех стран, соединяйтесь против всех антипролетарских классов?

Конечно, нет ничего общего!

Так что за вздор мелют эти гг. Черкезишвили и их легкомысленные подголоски! Не принимают ли они нас за покойников? Неужели они думают, что мы не выведем их на чистую воду?!

Наконец, интересно еще одно обстоятельство. В. Консидеран прожил до 1893 года. В 1843 году он издал свой «Демократический манифест». В конце 1847 года Маркс и Энгельс написали свой «Коммунистический манифест». С тех пор «Манифест» Маркса — Энгельса неоднократно переиздавался на всех европейских языках. Всем известно, что Маркс и Энгельс своим «Манифестом» создали эпоху. Несмотря на это, нигде, ни разу ниКонсидеран, ни его друзья не заявляли, при жизни Маркса и Энгельса, что Маркс и Энгельс украли «социализм» из «Манифеста» Консидерана. Не странно ли это, читатель?

Так что же побуждает этих «индуктивных» выскочек. извините, — «ученых» — болтать чепуху? От чьего имени они говорят? Неужели они лучше Консидерана знают его «Манифест»? Или, может быть, они полагают, что В. Консидеран и его сторонники не читали «Коммунистического манифеста»?

Однако довольно. Довольно, так как и сами анархисты не обращают серьезного внимания на донкихотский поход Рамуса — Черкезишвили: слишком уж очевиден бесславный конец этого смехотворного похода, чтобы уделять ему много внимания.

Перейдем к критике по существу.

Анархисты одержимы одним недугом: они очень любят «критиковать» партии своих противников, но не дают себе труда хоть сколько-нибудь ознакомиться с этими партиями. Мы видели, что анархисты так именно и поступили, «критикуя» диалектический метод и материалистическую теорию социал-демократов (см. главы I и II). Онитак же поступают и тогда, когда касаются теории научного социализма социал-демократов,

Возьмем хотя бы следующий факт. Кому не известно, что между эсерами и социал-демократами существуют принципиальные расхождения. Кому не известно, что первые отрицают марксизм, материалистическую теорию марксизма, его диалектический метод, его программу, классовую борьбу, — тогда как социал-демократы всецело опираются на марксизм? Для того, кто хоть краем уха слышал о полемике между «Революционной Россией» (орган эсеров) и «Искрой» (орган социал-демократов), само собой должно стать очевидным это принципиальное различие. Но что вы скажете о тех «критиках», которые не видят этого различия и кричат, будто и эсеры и социал-демократы являются марксистами? Так, например, анархисты утверждают, что «Революционная Россия» и «Искра» — оба эти органа являются марксистскими органами(см. сборник анархистов «Хлеб и воля», стр. 202).

Таково «знакомство» анархистов с принципами социал-демократии

После этого, само собой ясно, насколько основательна их «научная критика».

Главное «обвинение» анархистов состоит в том, что они не признают социал-демократов подлинными социалистами, вы— не социалисты, вы — враги социализма, твердят они.

Вот что пишет об этом Кропоткин:

«. Мы приходим к другим заключениям, чем большинство экономистов. социал-демократической школы. Мы. доходим до вольного коммунизма, тогда как большинство социалистов (подразумевай и социал-демократов. Автордоходит до государственного капитализма и коллективизма» (см. Кропоткин«Современная наука и анархизм», стр. 74-75).

В чем же заключается «государственный капитализм» и «коллективизм» социал-демократов?

Вот что пишет об этом Кропоткин:

«Немецкие социалисты говорят, что все накопленные богатства должны быть сосредоточены в руках государства, которое предоставит их рабочим ассоциациям, организует производство и обмен и будет следить за жизнью и работой общества» (см. Кропоткин,«Речи бунтовщика», стр. 64).

«В своих проектах. коллективисты делают. двойную ошибку, Они хотят уничтожить капиталистический строй, и вместе с тем сохраняют два учреждения, которые составляют основание этого строя: представительное правление и наемный труд» (см. «Завоевание хлеба», стр. 148). «Коллективизм, как известно. сохраняет. наемный труд. Только. представительное правительство. становится на место хозяина. » Представители этого правительства «оставляют за собою право употреблять в интересах всех прибавочную ценность, получаемую от производства. Кроме того, в этой системе устанавливают различие. между трудом рабочего и трудом человека обучавшегося: труд чернорабочего, на взгляд коллективиста, — труд простой, тогда как ремесленник, инженера ученый и пр. занимаются тем, что Маркс называет трудом сложными и имеют право на высшую заработную плату» (там же, стр. 52). Таким образом рабочие будут получать необходимые им продукты не по их потребностям, а по «пропорционально оказанным обществу услугам» (см. там же, стр. 157).

То же самое, только с большим апломбом, повторяют и грузинские анархисты. Среди них особенно выделяется своей бесшабашностью г-н Baton. Он пишет:

«Что такое коллективизм социал-демократов? Коллективизм, или, вернее говоря, государственный капитализм, основывается на следующем принципе: каждый должен работать столько, сколько хочет или столько, сколько определит государство, получая в виде вознаграждения стоимость своего труда товаром. » Значит, здесь «необходимо законодательное собрание. необходима (также) исполнительная власть, т. е. министры, всякие администраторы, жандармы и шпионы, возможно, и войско, если будет слишком много недовольных» (см. «Нобати» № 5, стр. 68-69).

Таково первое «обвинение» г-д анархистов против социал-демократии.

Итак, из рассуждений анархистов следует, что: 1. По мнению социал-демократов, социалистическое общество невозможно якобы без правительства, которое в качестве главного хозяина будет нанимать рабочих и обязательно будет иметь «министров. жандармов, шпионов». 2. В социалистическом обществе, по мнению социал-демократов, не будет якобы уничтожено деление на «черную» и «белую» работу, там будет отвергнут принцип: «каждому по его потребностям» — и будет признаваться другой принцип: «каждому по его заслугам».

На этих двух пунктах построено «обвинение» анархистов против социал-демократии.

Имеет ли это «обвинение», выдвигаемое гг. анархистами, какое-либо основание?

Мы утверждаем: все, что говорят в данном случае анархисты, является либо результатом недомыслия, либо недостойной сплетней. Вот факты.

Еще в 1846 году Карл Маркс говорил: «Рабочий класс поставит, в ходе развития, на место старого буржуазного общества такую ассоциацию, которая исключает классы и их противоположность; не будет уже никакой собственно политической власти. » (см. «Нищета философии»).

Спустя год ту же мысль высказали Маркс и Энгельс в «Коммунистическом манифесте» («Коммунистический манифест», глава II).

В 1877 году Энгельс писал: «Первый акт, в котором государство выступит действительным представителем всего общества — обращение средств производства в общественную собственность, — будет его последним самостоятельным действием в качестве государства. Вмешательство государственной власти в общественные отношения станет мало-помалу излишним и прекратится само собою. Государство не «отменяется», оно отмирает» («Анти-Дюринг»).

В 1884 году тот же Энгельс писал: «Итак, государство существует не извечно. Были общества, которые обходились без него, которые понятия не имели о государстве. На определенной ступени экономического развития, которая необходимо связана была с расколом общества на классы, государство стало. необходимостью. Мы приближаемся теперь быстрыми шагами к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов не только перестало быть необходимостью, но становится прямой помехой производству. Классы исчезнут так же неизбежно, как неизбежно они в прошлом возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно и государство. Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором» (см. «Происхождение семьи, частной собственности и государства»).

То же самое Энгельс повторяет в 1891 году (см. Введение к «Гражданской войне во Франции»).

Как видите, по мнению социал-демократов, социалистическое общество — это такое общество, в котором не будет места так называемому государству, политической власти с ее министрами, губернаторами, жандармами, полицейскими и солдатами. Последним этапом существования государства будет период социалистической революции, когда пролетариат захватит в свои руки государственную власть и создаст свое собственное правительство (диктатуру) для окончательного уничтожения буржуазии. Но когда буржуазия будет уничтожена, когда будут уничтожены классы, когда утвердится социализм, тогда не нужно будет никакой политической власти, — и так называемое государство отойдет в область истории.

Как видите, указанное «обвинение» анархистов представляет сплетню, лишенную всякого основания.

Что касается второго пункта «обвинения», то об этом Карл Маркс говорит следующее:

«На высшей фазе коммунистического (т. е. социалистического) общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезает вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд. станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы. лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: «Каждый по способностям, каждому по потребностям»» («Критика Готской программы»).

Как видите, по мнению Маркса, высшая фаза коммунистического (т. е. социалистического) общества — это такой строй, в котором деление на «черную» и «белую» работу и противоречие между умственным и физическим трудом полностью устранены, труд уравнен и в обществе господствует подлинно коммунистический принцип: от каждого по его способностям, каждому по его потребностям. Здесь нет места наемному труду.

Ясно, что и это «обвинение» лишено всякого основания.

Одно из двух: либо г-да анархисты и в глаза не видели вышеуказанных работ Маркса и Энгельса и занимаются «критикой» понаслышке, либо они знакомы с указанными трудами Маркса и Энгельса, но заведомо лгут.

Такова судьба первого «обвинения».

Второе «обвинение» анархистов заключается в том, что они отрицают революционностьсоциал-демократии. Вы — не революционеры, вы отрицаете насильственную революцию, вы хотите установить социализм только посредством избирательных бюллетеней, — говорят нам г-да анархисты.

«. Социал-демократы. любят декламировать на тему «революция», «революционная борьба», «борьба с оружием в руках». Но если вы, по простоте душевной, попросите у них оружия, они вам торжественно подадут билетик для подачи голоса при выборах. » Они уверяют, что «единственно целесообразная тактика, приличная революционерам, — мирный и легальный парламентаризм с присягой верности капитализму, установленной власти и всему существующему буржуазному строю» (см. сборник «Хлеб и воля», стр. 21, 22-23).

То же самое говорят грузинские анархисты, разумеется, с еще большим апломбом. Возьмите хотя бы Baton’a, который пишет:

«Вся социал-демократия. открыто заявляет, что борьба при помощи винтовки и оружия является буржуазным методом революции и что только посредством избирательных бюллетеней, только посредством всеобщих выборов, партии могут завладеть властью и затем через парламентское большинство и законодательство преобразовать общество» (см. «Захват государственной власти», стр. З-4).

Так говорят г-да анархисты о марксистах. Имеет ли это «обвинение» какое-либо основание?

Мы заявляем, что анархисты и здесь проявляют свое невежество и страсть к сплетням.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс еще в конце 1847 года писали:

«Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять, кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир. Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» (см. «Манифест коммунистической партии». В некоторых легальных изданиях в переводе пропущено несколько слов).

В 1850 году, в ожидании нового выступления в Германии. Карл Маркс писал тогдашним немецким товарищам:

«Оружие и боевые припасы ни под каким предлогом они не должны сдавать. рабочие должны. организоваться в виде самостоятельной пролетарской гвардии, с командиром и генеральным штабом. » И это «должны иметь в виду во время и после предстоящего восстания» (см. «Кёльнский процесс». Обращение Маркса к коммунистам).

В 1851-52 годах Карл Маркс и Фридрих Энгельс писали: «. Развосстание начато, надо действовать с величайшей решительностьюи переходить в наступление.Оборона есть смерть всякого вооруженного восстания. Надо захватить противника врасплох, пока его войска еще разрознены; надо ежедневно добиваться новых, хотя бы и небольших, успехов. надо принудить неприятеля к отступлению, раньше чем он мог собрать свои войска против тебя. Одним словом, действуй по словам величайшего из известных до сих пор мастера революционной тактики, Дантона: смелость, смелость и еще раз смелость» («Революция и контрреволюция в Германии»).

Мы думаем, что здесь речь идет не только об «избирательных бюллетенях».

Наконец, вспомните историю Парижской Коммуны, вспомните, как мирно действовала Коммуна, когда она, удовольствовавшись победой в Париже, отказалась от нападения на Версаль, на это гнездо контрреволюции. Как вы думаете: что говорил тогда Маркс? Призывал ли он парижан на выборы? Одобрял ли он беспечность парижских рабочих (весь Париж был в руках рабочих), одобрял ли он их великодушное отношение к побежденным ворс а льнам ? Послушайте Маркса:

«Какая гибкость, какая историческая инициатива, какая способность самопожертвования у этих парижан! После шестимесячного голодания. они восстают под прусскими штыками. История не знает еще примера подобного героизма! Если они окажутся побежденными, виной будет не что иное, как их «великодушие». Надо было сейчас же идти на Версаль, как только Винуа, а вслед за ним и реакционная часть парижской Национальной гвардии бежали из Парижа. Момент был упущен из-за совестливости. Не хотели начинать гражданской войны, как будто бы чудовищный выродок Тьер не начал ее уже своей попыткой обезоружить Париж!» («Письма к Кугельману»).

Так думали и действовали Карл Маркс и Фридрих Энгельс.

Так думают и действуют социал-демократы. А анархисты все твердят: Маркса и Энгельса и их последователей интересуют только избирательные бюллетени, — они не признают насильственных революционных действий!

Как видите, это «обвинение» также представляет собой сплетню, вскрывающую невежество анархистов насчет существа марксизма.

Такова судьба второго «обвинения».

Третье «обвинение» анархистов заключается в том, что они отрицают народный характер социал-демократии, изображают социал-демократов бюрократами и утверждают, что социал-демократический план диктатуры пролетариата есть смерть для революции, причем поскольку социал-демократы стоят за такую диктатуру, они на деле хотят установить не диктатуру пролетариата, а свою собственную диктатуру над пролетариатом.

«Мы, анархисты, произнесли окончательный приговор над диктатурой. Мы знаем, что всякая диктатура, как бы честны ни были ее намерения, ведет к смерти революции. Мы знаем. что идея диктатуры есть не что иное, как зловредный продукт правительственного фетишизма, который. всегда стремился увековечить рабство» (см. Кропоткин«Речи бунтовщика», стр. 131). Социал-демократы признают не только революционную диктатуру, но они «сторонники диктатуры над пролетариатом. Рабочие интересны для них постольку, поскольку они являются дисциплинированной армией в их руках. Социал-демократия стремится, посредством пролетариата, забрать в свои руки государственную машину» (см. «Хлеб и воля», стр. 62, 63).

То же самое говорят грузинские анархисты:

«Диктатура пролетариата в прямом смысле совершенно невозможна, так как сторонники диктатуры являются государственниками и их диктатура будет не свободной деятельностью всего пролетариата, а установлением во главе общества той же представительной власти, которая существует и ныне» (см. Baton, «Захват государственной власти», стр. 45). Социал-демократы стоят за диктатуру не для того, чтобы содействовать освобождению пролетариата, но для того, чтобы. «своим господством установить новое рабство» (см. «Нобати» № 1, стр. 5. Baton).

Таково третье «обвинение» гг. анархистов.

Не требуется много труда, чтобы разоблачить эту очередную клевету анархистов, рассчитанную на обман читателя.

Мы не будем здесь заниматься разбором глубоко ошибочного взгляда Кропоткина, согласно которому всякая диктатура — смерть для революции. Об этом мы поговорим потом, когда будем разбирать тактику анархистов. Сейчас мы хотим коснуться только лишь самого «обвинения».

Еще в конце 1847 года Карл Маркс и Фридрих Энгельс говорили, что для установления социализма пролетариат должен завоевать политическую диктатуру, чтобы при помощи этой диктатуры отразить контрреволюционные атаки буржуазии и отобрать у нее средства производства, что эта диктатура должна быть диктатурой не нескольких лиц, а диктатурой всего пролетариата, как класса:

«Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках. пролетариата, организованного как господствующий класс. » (см. «Коммунистический манифест»).

То есть диктатура пролетариата будет диктатурой всего класса пролетариата над буржуазией, а не господством нескольких лиц над пролетариатом.

В дальнейшем они повторяют эту же мысль почти во всех своих произведениях, как, например, в «Восемнадцатом брюмера Лун Бонапарта», в «Классовой борьбе во Франции», в «Гражданской войне во Франции», в «Революции и контрреволюции в Германии», в «Анти-Дюринге» и в других своих работах.

Но это не все. Для уяснения того, как понимали Маркс и Энгельс диктатуру пролетариата, для уяснения того, насколько осуществимой они считали эту диктатуру, для всего этого очень интересно знать их отношение к Парижской Коммуне. Дело в том, что диктатура пролетариата встречает нарекания не только среди анархистов, но среди городских мелких буржуа, в том числе всяких мясников и трактирщиков — среди всех тех, кого Маркс и Энгельс называли филистерами. Вот что говорит Энгельс о диктатуре пролетариата, обращаясь к таким филистерам:

«В последнее время немецкий филистер опять начинает испытывать спасительный ужас при словах: диктатура пролетариата. Хотите ли знать, милостивые государи, что такое эта диктатура? Посмотрите на Парижскую Коммуну. Это была диктатура пролетариата» (см. «Гражданская война во Франции». Введение Энгельса).

Как видите, Энгельс представлял себе диктатуру пролетариата в виде Парижской Коммуны.

Ясно, что всякий, кто хочет узнать, что такое в представлении марксистов диктатура пролетариата, тот должен ознакомиться с Парижской Коммуной. Обратимся и мы к Парижской Коммуне. Если окажется, что Парижская Коммуна действительно была диктатурой отдельных лиц над пролетариатом, — тогда долой марксизм, долой диктатуру пролетариата! Но если мы увидим, что Парижская Коммуна на самом деле была диктатурой пролетариата над буржуазией, — тогда. тогда от всей души посмеемся над анархистскими сплетниками, которым в борьбе с марксистами ничего не остается делать, как выдумывать сплетни.

История Парижской Коммуны имеет два периода: первый период, когда делами в Париже руководил известный «Центральный комитет», и второй период, когда по исчерпании полномочий «Центрального комитета» руководство делами было передано только что избранной Коммуне. Что представлял собой «Центральный комитет», из кого он состоял? Перед нами лежит «Народная история Парижской Коммуны» Артура Арну, которая, по словам Арну, кратко отвечает на этот вопрос. Борьба еще только начиналась, когда около 300 000 парижских рабочих, организовавшись в роты и батальоны, избрали из своей среды делегатов. Так был составлен «Центральный комитет».

«Все эти граждане (члены «Центрального комитета»), выбранные частичными выборами своих рот или батальонов, — говорит Арну, — были известны только тем небольшим группам, чьими делегатами они являлись. Что это за люди, каковы они и что они хотят делать?» Это было «анонимное правительство, состоящее почти исключительно из простых рабочих и мелких служащих, три четверти имен которых не были известны за пределами их улицы или конторы. Традиция была нарушена. Нечто неожиданное произошло в мире. Там не было ни одного члена правящих классов. Вспыхнула революция, которая не была представлена ни адвокатом, ни депутатом, ни журналистом, ни генералом, Вместо них рудокоп из Крезе, переплетчик, повар и т. д.» (см. «Народная история Парижской Коммуны», стр. 107).

«Мы, — заявляли члены «Центрального комитета», — неизвестные органы, послушное орудие в руках атакованного народа. Мы. служители народной воли, мы тут, чтобы быть его эхом, чтобы доставить ему торжество. Народ хочет Коммуны и мы останемся, чтобы приступить к выборам Коммуны. Ни больше, ни меньше. Эти диктаторы не поднимались выше и не спускались ниже толпы. Чувствовалось, что они живут с ней, в ней, посредством нее, что они советуются с ней каждую секунду, что они слушают и передают то, что слышат, стремясь только в сжатой форме. передать мнения трехсот тысяч человек» (см. там же, стр. 109).

Так вела себя Парижская Коммуна в первый период своего существования.

Такова была Парижская Коммуна.

Такова диктатура пролетариата.

Перейдем теперь ко второму периоду Коммуны, когда вместо «Центрального комитета» действовала Коммуна. Говоря об этих двух периодах, продолжавшихся два месяца, Арну восторженно восклицает, что это была подлинная диктатура народа. Послушайте:

«Величественное зрелище, которое представлял этот народ в течение двух месяцев, дает нам силу и надежду. смотреть в глаза будущему. В течение этих двух месяцев в Париже была истинная диктатура, самая полная и бесспорная, диктатура не одного человека, а всего народа, — единственного господина положения. Эта диктатура продолжалась более двух месяцев без перерыва, с 18-го марта по 22-ое мая (1871 г.). » Сама по себе «. Коммуна являлась только моральной властью и не имела другой материальной силы, кроме всеобщего сочувствия. граждан, народ явился властителем, единственным властителем, сам создал свою полицию и магистратуру. » (см. там же, стр. 242, 244).

Так характеризует Парижску

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

источник